ГЛАВА 21

 

РЕВОЛЮЦИЯ, РОМАНТИЗМ И РЕАКЦИЯ

 

Историю редко можно разделить на строго очерченные во времени промежутки. Все даты, приводимые историками, часто представляются спорными, хотя обычно они отражают существенное историческое время, или событие, или переходный период.

XIX век как раз и представляется таким временем, существенным для истории. 1800-й и 1900-й годы отражают всего лишь искусственное временное деление, так как именно в эти годы не свершилось ничего значительного. Поэтому многие историки относят 1789 и 1914 годы к XIX веку. Фактически такое деление на 25 лет удлиняет это столетие; но, с одной стороны, Великая французская революция резко отделяет этот период от всего предыдущего развития, а, с другой стороны, начало Первой мировой войны явилось своего рода провозглашением новой эры. И в этой главе мы будем использовать именно такую хронологию.

В предыдущей главе мы уже отметили, что события во Франции к тому времени достигли своей кульминации. Хотя само по себе религиозное развитие уже не имело практически никакого значения, но в нем отразилось все происходящее в обществе. Нападки рационалистов на французский католицизм сопровождались постоянными атаками и на французскую монархию. Так как церковь и государство во Франции были неразрывно связаны, нападки на что-либо одно из этого союза обязательно влекли за собой нападки и на второе.

Французская революция на первый взгляд началась из-за полного банкротства государственной политики. Финансовые неурядицы во Франции превратились на некоторое время в неразрешимую проблему, а многочисленные расходы на поддержку патриотических сил в Америке не улучшали положение в финансах государства. В 1789 году король Людовик XVI (1774-1792) решил увеличить налогообложение населения; для этой цели он созвал Генеральные штаты, которые не собирались на свои заседания в течение 175 лет с 1614 года. За это время у народа накопилось очень много обвинений в адрес правительства, лидеры которого, высшая знать и духовенство, были освобождены от уплаты- большей части налогов. К тому времени большинство приходского духовенства составляли представители крестьянства, люди, которые считали себя выходцами из их среды. Эти священники также были решительно настроены против церковных иерархов. И среди депутатов-представителей духовенства священники численностью превосходили епископов в отношении 4 к 1. Когда депутаты — представители народа — обратились к правительству с требованием проведения реформы, их поддержали и простые священники. Король попытался распустить учредительное собрание, но большая часть депутатов заняла твердую позицию не разделяться на блоки до тех пор, пока король нарушает конституцию страны. Но Людовик XVI тоже не хотел уступать, и это послужило толчком к революции.

В то время как учредительное собрание занималось пересмотром налоговой системы и социальной структуры общества, 14 июля народ пошел на штурм Бастилии. К 4 августа была уничтожена вся феодальная структура государства вместе с привилегиями, которыми пользовались духовенство и аристократия. 27 августа учредительное собрание приняло Декларацию прав человека и гражданина, которая провозглашала предоставление протестантам полной свободы12 ноября собрание приняло закон о конфискации всех церковных земель. К февралю 1790 года все монашеские обеты признавались недействительными, и как результат многие монахи сразу же покинули монастыри, хотя в них продолжало оставаться большинство монахинь. Обеспокоенный таким поворотом событий, папа Пий VI (1775-1799) немедленно осудил и заклеймил Декларацию со всеми предоставляемыми ею религиозными свободами. К сожалению, этот шаг представил церковь как угрозу и препятствие любому социальному прогрессу.

Давление на церковь постоянно усиливалось, о чем свидетельствует принятая гражданская конституция духовенства, полностью пересмотревшая отношения между церковью и государством2. Для всего духовенства было выработано своего рода “тарифное соглашение“, в котором устанавливались оклады духовных лиц; был положен конец огромной разнице между доходами епископов и приходских священников. Более того, в соответствии с принятым законом и священники и епископы подлежали избранию народом, а не папскому назначению, французы полагали, что во избежание раскола папа одобрит принятые меры. Пий старался затянуть принятие ответных мер, но в марте 1791 года он был вынужден осудить гражданскую конституцию. В результате этого французская церковь раскололась на конституционную церковь и движение “неприсягнувших“, то есть тех, кто отказался принести присягу на верность новым постановлениям. Учредительное собрание заклеймило неприсягнувших как предателей и изгнало более 40.000 человек из страны.

В 1792 году вспыхнула война между Францией и Австрией; вскоре к Австрии присоединилась Пруссия, а через год после начала военных действий в их союз вошла и Англия. Эта война возродила милитаристский дух у некоторой части депутатов учредительного собрания, в результате чего их позиция стала еще более радикальной. Учредительное собрание уничтожило монархию, и в 1794 году король Людовик был казнен. Так как церковь стояла в оппозиции практически ко всем революционным реформам, а большинство депутатов были по убеждению деистами, в дальнейшем наметилось еще большее расхождение церкви и государства. Деисты и энциклопедисты начали превращать церкви в “храмы разума“. В 1793 году революционеры заменили статую Девы Марии в знаменитом соборе парижской Богоматери на статую одной актрисы (ходили слухи, что прообразом этой статуи послужила проститутка, хотя в то время с моральной точки зрения эти профессии мало чем отличались). В честь этой женщины был написан знаменитый гимн, восславляющий Святую свободу. В июне 1794 года, в день Пятидесятницы, Робеспьер провозгласил праздник — Фестиваль Верховного существа. Спустя еще 50 дней (еще одна Пятидесятница?) Робеспьер взошел на гильотину. Культ Верховного существа умер вскоре после его смерти.

Однако для церкви дела с каждым днем шли все хуже и хуже. Любое духовное лицо, против которого свидетельствовало 6 человек, могло быть смещено и подвергнуто различным наказаниям. Чтобы спасти свои жизни, тысячи священников отказывались от своих должностей, и многие из них женились. Вскоре Франция аннексировала Авиньон, причем ни о какой компенсации папству даже не шло речи. Французские войска вошли в Папскую область, папа Пий был насильно привезен во Францию по существу в качестве пленника. Он умер в 1799 году. Никогда еще положение римской церкви не было таким жалким.

Единственной личностью, которая особенно ярко вспыхнула в годы революции, оказался Наполеон Бонапарт (1769-1821). Он поступил в военную школу в возрасте 10 лет, а уже в 16 проходил службу в действующей армии. По мере развития военных действий он все быстрее и быстрее поднимался по служебной армейской лестнице, зарекомендовав себя блестящим офицером. Итальянская кампания сделала его национальным героем. Наполеон завоевал Северную Италию, далеко продвинулся в Папскую область и захватил Рим. В 1799 году сторонники Наполеона организовали успешный государственный переворот, в результате которого Наполеон пришел к власти. В 1804 году его провозгласили императором Франции.

Наполеон понимал, что больше всего на свете Франции нужна стабильность; но вместе с тем он давал себе отчет в невозможности достижения мира и спокойствия в стране до тех пор, пока церковь и государство занимают непримиримые позиции по отношению друг к другу. Религию Наполеон рассматривал только с точки зрения выгоды и удобства для себя, но он при этом учитывал, что большинство французов придерживается католицизма. Наполеон чувствовал: необходимо заключить какой-либо союз с папством. Новый папа Пий VII (1800-1823) согласился с мудрым решением о примирении сторон. В итоге был подписан конкордат 1801 года3. Папа утвердил положение о том, что католицизм может быть признан как “религия большинства французских граждан", это было равносильно признанию католицизма официальной религией государства. Папство также признавало потерю церковных богатств, хотя в ответ государство брало на себя обязанность выплачивать духовенству денежное содержание. Раскол между конституционной церковью и неприсягнувшими был преодолен, и у протестантов оставалась свобода вероисповедания. Власть папы во всей Папской области за исключением территории на севере Италии была восстановлена.

Еще одно важное событие во время правления Наполеона произошло в Западной Германии: Франция присоединила к себе все земли к западу от Рейна, а правители, оставшиеся без владений, в качестве компенсации получили церковные земли к востоку от Рейна. Этой аннексией в Европе было уничтожено 112 церковных владений: реорганизацию смог пережить только Майнц, хотя и он значительно уменьшился в своих размерах. Из 50 свободных городов остались только 6. Больше всего от всех этих преобразований выиграли Пруссия и Бавария, а Австрия находилась в относительном проигрыше. В 1806 году Наполеон провозгласил создание Рейнской конфедерации — союза 15 немецких государств; позднее к этому союзу присоединились практически все немецкие государства, кроме Пруссии и Австрии. В августе 1806 года Наполеон объявил о прекращении существования Священной Римской империи. После того как 15 немецких государств заявили, что больше не признают существования Священной Римской империи, император Франц II (1792-1806) был вынужден признать сложившуюся в Европе ситуацию. Он просто стал императором Австрии (1792-1835). Так был положен конец единой Европе, которую Карл Великий создал около тысячелетия тому назад.

Дальнейшие политические события привели к увеличению трений между папой и императором Наполеоном. К 1809 году Папская область снова вошла в состав Франции, теперь уже Французской империи. Пий отлучил от церкви всех, кто принял участие в этом пересмотре границ. За это его под стражей доставили на юг Франции, где он провел 5 лет под непрекращающимся давлением Наполеона и его окружения. Но в результате этого заточения папа приобрел огромную популярность во всей католической Европе. Подобно Пруссии, которая своим сопротивлением Наполеону добилась политических симпатий всей Европы, папа стал вызывать у людей хорошие чувства. И после падения Наполеона папство и Пруссия стали самыми могущественными образованиями в постнаполеоновской Европе.

Любое значительное событие, а особенно такого уровня, как Великая французская революция или правление Наполеона, всегда влекут за собой реакцию. Отчасти реакция, которая происходила в XIX веке, была интеллектуальной, а отчасти — созидательной. Трудно полностью отделить эти аспекты друг от друга, так как они имели место в одно и то же время и часто находились под одним и тем же влиянием. Но чтобы прояснить эти явления и выявить их структуру, необходимо разобраться, в чем они отличаются. Итак, рассмотрим сначала интеллектуальную реакцию.

Яростный антиклерикализм рационалистов вызвал ответную реакцию еще во времена революции. Уже в 1795 году началось католическое возрождение в ответ на фактический роспуск государственной церкви радикальным правительством. Кроме того, начало XIX века прошло под знаком религиозного оживления, которое представляло собой отход консерваторов от либерализма революции.

Чувство разочарования революцией проникло и в различные религиозные концепции. Часть реакции была направлена против всего Просвещения в целом, что в свое время было заложено в трудах Канта. В “Критике практического разума“ (1788) и “Религии внутри границ чистого разума" (1792) он пытался найти основание для религиозной веры в моральном сознании, но не в разуме, тем самым Кант выводил религию из-под ударов рационалистов. Он способствовал развитию философии религии как самостоятельной научной дисциплины.

Благодаря этому вскоре в центре внимания оказался Фридрих Шлейермахер (1768-1844), сын немецкого священника-реформатора, который к тому же был армейским капелланом. Вначале Шлейермахер обучался в моравской школе. Получив духовное образование, Шлейермахер сразу же приобрел известность как репетитор, священник, капеллан в больницах и, наконец, как профессор в университете. Особо громкую славу ему принесла маленькая книга, написанная в 1799 году “О религии: речи к образованным противникам". В этой работе он положил начало реформации всей протестантской теологии. Раньше теология разрывалась между двумя основными направлениями ортодоксией: рациональной схоластикой и пиетизмом (антиинтеллектуальным и мистическим). К концу XVIII века в эпоху Просвещения и Великой французской революции оба эти направления продемонстрировали свою бесплодность. Сторонники обоих направлений подвергали жестокой критике своих противников. Шлейермахер отмечал, что они имеют право критиковать, и, более того, правы в своей критике, но ни одно из этих течений, по его мнению, не является религией. Религия это — не догма, но и не набожность. Шлейермахер настаивал, что религия — это “чувство зависимости от бесконечного". Этот особый упор на чувственные ощущения доминировал во всей немецкой теологии; из Германии это направление оказывало значительное влияние на многих теологов в христианской Европе и Америке.

Подобное внимание к чувственному ощущению являлось характерной чертой и романтиков того века, сосредоточенных на меланхолии, воображении и чувствительности. Частичной реакцией на эти романтические взгляды стало творчество Серена Кьеркегора (1813-1855), который утверждал, что сущность реальности заключается не в чувствах, но в проявлениях человеческой личности, которые, в свою очередь, ведут к отчаянию и срыву, после чего у человека происходит всплеск религиозной веры. Эта комбинация из проявления личности и принятия решения стала известна под названием “экзистенциализм", а в начале XX века направленная против романтических богословов новая ортодоксальная реакция, лидерами которых были Барт и Бруннер, заново открыла для себя это течение.

Современником Шлейермахера, который пользовался не меньшим влиянием, был Георг Вильгельм Фридрих Гегель (1770-1831). Ключом к пониманию истории и философии он считал диалектическое развитие. Не соглашаясь с учеными, которые все явления объясняли в терминах противоречия или поляризации, Гегель основу всего видел в диалоге, выработке компромиссного решения. Он использовал основную триаду: тезис, антитезис и разрешение в синтезе. Синтез же становится новым тезисом, которому в конце концов находится новый антитезис, и весь процесс повторяется по новому кругу.

Давид Фридрих Штраус (1808-1874), немецкий богослов, ученик Гегеля и Шлейермахера, был искренним и верным гегельянцем в том, что считал христианство выражением вечной истины, а всему историческому фону придавал второстепенное значение. Таким образом Христос был значителен не как личность, а в силу того, что Он символизировал идею человечества, двигающегося к совершенству. В 1835 году, когда ему было всего 27 лет, Штраус написал свою знаменитую книгу “Leben Jesus“ (Жизнь Иисуса). Он видел в Иисусе простого человека, который пришел к вере в Себя как в претворение мессианских надежд. Он произвел на своих последователей такое сильное впечатление, что их воображение превратило Иисуса в божественного и сверхъестественного Христа. Отказываясь, как от мифов, от многих случаев, описанных в Евангелии (в том числе и от непорочного зачатия и воcкресения), он не признавал детальное описание распятия. В конце концов он полностью отказался от христианства и превратился в пессимиста и материалиста.

Еще одним учеником Гегеля был Ф.К.Бауэр (1792-1860). Он применил гегельянскую философию к Новому Завету и истории развития ранней церкви. Он полагал, что Штраус в своих трудах не учел исторических хроник, которые, как он думал, доказывают, что диалектика была жизненным путем развития ранней церкви. В типичной гегельянской манере Бауэр доказывал: первоначальная форма христианства, иудаизм, являлась “тезисом“; Павел ввел противоположное — “антитезис". Бауэр считал этот конфликт наиболее важным событием в I веке христианства. К середине II века конфликт превратился в синтез. Бауэр использовал эту теорию как основу для хронологии различных книг Нового Завета. Любая книга, в которой описывалась борьба между Павлом и иудеями, относилась к раннему периоду; книги же, описывающие затухание борьбы и выработку какого-либо компромисса, относились к позднему периоду. Таким образом, и Деяния и Апостольские послания предполагались написанными во II веке. Бауэр принимал за истинные только 1 и 2 Послания к Коринфянам, послание к Галатам и Послание к Римлянам. Далее синтез стал тезисом, который отрицался новым эллинским мышлением применительно к природе Триединого Бога и к природе Христа. Поэтому вселенские соборы IV и V веков породили другой синтез. Идеи Бауэра казались дерзкими, а его уверенность в отстаивании своей позиции убедительной, но к концу века дальнейшие исследования Нового Завета показали, что Бауэр в своих изысканиях зашел слишком далеко. В наши дни его теория представляется неприемлемой, а между тем в свое время благодаря ей многие люди усомнились в подлинности источников Нового Завета.

Чарлз Дарвин (1809-1882) в своих трудах отразил все увеличивающееся в XIX веке влияние науки на решение религиозных вопросов: Написанная им в 1859 году работа “Происхождение видов путем естественного отбора" вызвала дискуссии по вопросам эволюции, которые продолжаются до сих пор. Изначально Дарвин готовился стать приходским священником, но его интерес к натурализму и природоведению увел его в совершенно ином направлении, здесь же сыграли свою роль и его путешествия, во время которых он пришел к своей эволюционной теории. Дарвинизм перерос самого Дарвина, а знакомство же церкви с этой теорией вызвало ужас. В свете эволюционного учения отрицалась история творения в том виде, в каком она дана в первых главах книги Бытия; кроме того, отрицались практически все чудеса из Священного Писания. Распространение дарвинизма привело науку и религию на новую ступень враждебности.

Альбрехт Риил (1822-1889) подвергся влиянию практически всех богословских течений, которые в избытке кружились вокруг Германии в середине века. Под влиянием Канта Риил принял тезис отождествления морали и религии. Он верил, что религия существенным образом является практическим делом, связанным с победой духа над природой. С этих позиций Риил пытался восстановить образ исторического Иисуса как центральную фигуру теологии. Он хотел отделить историческую сущность христианства от философии гегельянства, спасти религию от богословских извращений, куда она втягивалась в течение многих столетий.

Особое внимание Риил уделял “Царству Божьему", которое, как он считал, являлось центральным вопросом всего учения Иисуса. Риил верил: именно создание царства свободных духом, соединенных вне зависимости от расы в моральное сообщество на основе братской любви, и явилось основным замыслом Божьим в этом мире. В Царстве Божьем существует этическая и нравственная ответственность, которая была внесена в социальную евангелическую доктрину. Риил считается отцом и создателем социального евангелического движения. Целью церкви, по его мнению, является ликвидация социальной несправедливости и установление братства людей, но не воспитание в набожности отдельных душ. Подобное отношение к проблеме нравственности, а также оптимизм, предполагающий, что человек сам может улучшить свое социальное положение, стали ядром позднейшей либеральной теологии.

Адольф Харнак (1851-1930), ученик Риила, стал наиболее выдающимся ученым своего поколения в области патриотической литературы. Его работа “История догмы" (опубликована в 7-ми томах в 1886-1889 годах) до сих пор остается классикой. Он подчеркивал влияние исторических событий на развитие церковной доктрины в первые века существования христианства и особо выделял влияние эллинизма. Греческую метафизику он рассматривал как элемент, чуждый простому христианскому откровению. Таким образом, он пришел к отрицанию классических символов веры, принятых на вселенских соборах, так как они основывались на греческой философии. Все формулировки, отражающие греческую философию, он отвергал как чуждые духу первоначального новозаветного христианства.

Вместе с развитием различных богословских направлений не стояло на месте и изучение Библии. Юлиус Вельхаузен (1844-1918) представил Ветхий Завет как результат поэтапного развития от примитивной веры в Божество — покровителя племени — до вероисповедания более высокого морального уровня, и которое охватывает большее число верующих. Примером такого развития религиозного сознания могут служить израильтяне, которые из скотоводов-кочевников превратились в общество оседлых городских жителей, у которых пророками были такие люди, как Амос и Исаия. Возможно, что двумя наиболее явными противоречиями в Ветхом Завете, обнаруженными в эту эпоху, были противоречия между документарными гипотезами с их источниками JEPD*, которые при редактировании были объединены в Пятикнижие (часто известные как теория Граф-Вельхаузена) и понятием Второисаии. Отсюда и утверждение того, что книга ветхозаветных пророчеств представляет собой на самом деле две различные работы, и что вторая часть, начинающаяся с главы 40, написана другим автором несколько столетий спустя.

Большая часть активной преподавательской деятельности Бауэра прошла в Тюбингенском университете, где он развил свои взгляды на Новый Завет, которые стали известны как Тюбингенская школа. Его школе удалось вызвать повышенное внимание к Новому Завету и мнимому спору между сторонниками Петра и Павла внутри христианства. Еще большее внимание в XIX веке привлекали к себе попытки воссоздать жизнь Иисуса в человеческих понятиях. Штраус со своей “Leben Jesus“ был первым; много других богословов и ученых последовали его примеру. К концу века практически все ученые, занимающиеся Библией, написали свои версии биографии Иисуса.

В 1899-1900 Харнак выступил с циклом лекций в Берлинском университете; позднее этот курс был объединен в книге “Что такое христианство?“, ставшей классическим образцом либерального протестантизма. Харнак подчеркивал, что каждый должен видеть в посланиях Павла первоначальное учение Иисуса. По мнению Харнака, даже там необходимо через внешнюю форму послания Иисуса дойти до его сути. Он утверждал, что послание Иисуса написано эсхатологическим языком, который не должен скрывать от нас его сути. Эта суть, по мнению Харнака, — триедина: (1) царство Божие и его пришествие; (2) Бог-Отец и безграничная ценность человеческой души; (3) высшая праведность и заповеди любви. Евангелие поэтому является нравственным посланием, учением о любви и человеческом братстве.

Альберт Швейцер (1875-1965) приобрел известность после выхода в 1906 году его книги “Поиски исторического Иисуса“. Эта работа представляла собой обзор различных современных попыток понять жизнь Иисуса; правда, Швейцер считал все эти попытки неудачными. Он не соглашался с Харнаком в том, что считал эсхатологическое послание Иисуса центральным в его обращении. Иисус ожидал скорого конца света. Но когда Он понял, что ошибся, то решил: Он Сам должен принять страдания во имя спасения Его народа от бедствий, предшествующих последним дням. В своем историческом обзоре Швейцер сделал интересный вывод; человек, пишущий биографию Христа, похож на смотрящего в колодец — он видит там свое отражение. Ученые, ищущие действительно реальное изображение Иисуса, находят, как правило, отражение своей концепции того, кем, по их мнению, должен был быть Иисус.

Когда интерес к изучению Библии в Германии достиг своего пика, это послужило толчком для развития направления формального критицизма. По-видимому, наиболее значительными из основателей этой школы были Мартин Дибелий (1883-1947) и Рудольф Бультман (1884-1976). Формальный критицизм считал Евангелие собранием рассказов, чудесных, сказочных историй, описаний различных случаев из жизни и деяний Иисуса. Подобная литература об Иисусе была в I и И веке основной, базовой при чтении проповедей. Считалось, что она основывалась на подлинных событиях, дошедших до летописцев в устных легендах. Формальный критицизм явился попыткой обнаружить за внешним видом текста его историческое содержание. И в результате сторонники формального критицизма отрицали историчность Евангелий как таковых, придерживались взглядов, которые можно считать родственными современному либерализму.

В отличие от протестантизма католический мир избежал подобного разнобоя; исключением можно считать Альфреда Луази (1857-1940), профессора Парижского университета, который в 1892 году в своих лекциях поднял вопросы, вызвавшие серьезные подозрения в его адрес. В 1902 году он обрушился с атаками в печати на Харнака, но во время полемики он пришел к отрицанию безошибочности библейского текста, а также принятой католической церковью ортодоксии. К 1903 году 5 книг Альфреда вошли в Индекс запрещенной церковью литературы. В 1907 году папство осудило 50 сформулированных в работах Луази положений.

Таким образом, реакция романтизма на события Великой французской революции привело христианство к отказу от принятой веками ортодоксии. Так была проложена дорога не только развитию либерализма, но и очернению библейских источников христианства. Но в то же самое время, когда подобные события происходили в интеллектуальной сфере, значительные изменения происходили и в организационной структуре римской католической церкви. В определенном смысле эти изменения явились попыткой достойно встретить угрозу со стороны сторонников романтизма и либерализма. Однако, если придерживаться другой точки зрения, эти изменения не достигли своей цели, но породили столько проблем, сколько они и собирались решить.

Мы уже говорили, что после низложения Наполеона папа Пий VII пользовался возродившейся симпатией и поддержкой по всей Европе. После кульминации наполеоновского либерализма большая часть Европы была готова возвратиться к прежней относительной стабильности. На французский престол вновь взошла династия Бурбонов; в 1814 году Пий VII вернулся в Рим, и самое первое, что он сделал, это — возродил иезуитский ордена. Вскоре иезуиты полностью восстановили свою прежнюю силу и престиж и снова стали важнейшим фактором в деятельности церкви. В результате работы Венского конгресса, на котором полностью была пересмотрена политическая карта Европы, папство получило обратно в свое пользование большую часть Папской области.

Само слово романтизм определить не просто, даже несмотря на все влияние этого направления на XIX век. Уделяя особое внимание воображению и эмоциям, он в основном проявился в литературе, искусстве и философии. Отличительной чертой романтической литературы стала склонность к меланхолическим образам. Писатели переключили свое внимание на тему простого человека, все восхищались первобытными временами, откуда пошло увлечение историей — преклонение перед древним миром, перед событиями старины, полными эстетического совершенства. Так, Виктор Гюго в своем романе “Собор Парижской Богоматери“ (1831) с упоением описал архитектурное совершенство собора, при этом у книги меланхолический конец — трагическая смерть танцовщицы Эсмеральды и ее верного Квазимодо.

В англиканской церкви романтизм совершил уникальный поворот в сторону развития оксфордского движения. У истоков этого движения стояли молодые интеллектуалы из Оксфорда, которые проставляли церковь предыдущих веков в отличие от современной им церкви XIX века, которая, по их мнению, стала абсолютно мирской. Подобное прославление церкви привело их к обращению в римский католицизм, который представлял собой сущность прославленной средневековой церковной истории. Среди наиболее знаменитых новообращенных в католичество можно назвать Джона Генри Ньюмена (1801-1890), который обратился в 1845 году. В 1879 году папа Лев XIII назначил его кардиналом. Хотя Оксфордское движение находилось в англиканской церкви в явном меньшинстве, оно явилось отображением одной из важнейших тенденций романтизма. Кроме того, оно заложило основы для развития внутри церкви в Англии англо-католической партии.

Между тем французская церковь постепенно привыкала к контролю со стороны государства, к тому, что денежное содержание духовенству выплачивается из государственной казны. Потеря земельных владений французскими епископами свела на нет угрозу, которую они представляли для папства; выплата денежного содержания из казны сделала из зависимыми от государства. Недавний опыт существования при Наполеоне помог им окончательно уяснить всю беззащитность своего положения. Поэтому французские епископы сделали для себя следующий вывод: единственная реальная сила, способная защитить их, — это сильное, независимое папство, на которое они с надеждой обратили свои взоры как раз в период его подъема. Это движение получило название ультрамонтанизма, что дословно означает “выше гор“. Таким образом, политическая ситуация во Франции в сочетании с постоянно растущими симпатиями со стороны простого народа к папе Пию VII привела к тому, что большая часть католической Европы начала желать и стремиться заполучить сильное самостоятельное папство. Ультрамонтанистское движение первой половины XIX века поставило папство в лидирующее положение, которого оно было лишено в конце XVIII века. А Пию IX (1846-1878) удалась объединить этот ультрамонтанизм с сильным консервативным папством. Его понтификат по праву считается непревзойденным достижением политики церкви XIX века.

Тридцатидвухлетний понтификат Пия IX стал наиболее продолжительным во всей истории римско-католической церкви. По преданию, Петр пробыл римским епископом в течение 29 лет и считался своего рода рекордсменом, Пий IX оказался первым человеком, сумевшим побить этот рекорд. После своего избрания в 1846 году Пий быстро приобрел репутацию либерала. Он стоял на твердых проитальянских, антиавстрийских позициях, и в свой понтификат совершил много различных поступков, которые позволяют считать его либералом. Как папа он амнистировал всех политических заключенных в Папской области, создал гражданскую милицию и провел ряд политических и экономических реформ. Позднее, в 1847 году, он основал выборное консультативное собрание и совет министров, в состав которого входили и миряне.

Затем в 1848 году грянули революции. Основные революционные процессы захватили Францию, Германию, Австрию, Венгрию и Италию. Один из министров Пия был убит в Риме, а самому Пию пришлось бежать и скрываться в Неаполе. В ответ на его просьбы войска из Франции и Австрии вошли в Италию и захватили Рим, подавив восстание толпы и восстановив власть Пия. Какова бы ни была первоначальная ориентация Пия, он теперь полностью зависел от внешней военной помощи. Поэтому папа решил извлечь как можно больше преимуществ из ультрамонтанизма. Он настаивал на абсолютной власти в Папской области и со временем превратился в наиболее склонного к переменам и в то же время консервативного папу современности.

Помимо всех этих политических интриг, Пий продемонстрировал свою склонность к переменам и одновременно приверженность традициям и в отношении к церковной доктрине. В 1854 году он провозгласил догму о Непорочном Зачатии благословенной Девы Марии. В ней утверждалось, что Мария освободилась от всякого первородного греха в самый момент зачатия, так как на нее сошла милость Божья и ввиду огромных достоинств Христа4. Корни этого учения уходят в богословие II века, хотя многие видные теологи в течение всех столетий постоянно высказывались против подобной идеи. Что особенно важно в данном случае, так это то, что впервые папа выдвинул свою догму без согласования с собором и не ссылаясь на Священное Писание или традицию.

Политическая ситуация в Италии того времени тоже привлекала к себе внимание. По всей стране ширилось движение за восстановление утраченного единства, получившее название Рисорджименто (Возрождение). Опасаясь, что это движение снова лишит его власти в Папской области, папа начал с ним жестокую борьбу. Король Сардинии встал во главе этого движения, ставившего своей целью воссоединение Италии, и с помощью патриота Гарибальди (1807-1882) ему удалось добиться значительных успехов. К 1860 году большая часть полуострова была объединена, за исключением Венеции и папских владений непосредственно вокруг Рима. Гарибальди захватил большую часть Папской области, и общественное мнение поддерживало идею объединения Италии в новое государство.

Папа осудил этих “разбойников", отлучил от церкви нового короля Италии Виктора Эммануила (1861-1878), но сумел удержать в своей власти Рим только из-за присутствия в городе большого контингента французских войск. Перейдя в наступление, в 1864 году папа издал “Силлабус“ — “Перечень главных заблуждений нашего времени", в котором он приводил 80 заблуждений, подлежащих осуждению; все эти заблуждения отражали политический и экономический либерализм. Он осуждал такие идеи, как демократия и отделение церкви от государства5. Публикация “Силлабуса“ вызвала волну протеста во всем западном мире как среди католиков, так и среди протестантов. Но Пий не собирался отступать.

Его следующим достижением стал созыв Ватиканского собора (сначала у этого собора не было порядкового номера, но после Второго Ватиканского собора этот собор получил первый номер). Вселенские церковные соборы не собирались уже в течение 3-х столетий, и в этом плане Первый Ватиканский собор оказался самым посещаемым. Многие либералы надеялись, что на соборе удастся смягчить тон папского “Силлабуса“, но Пий сумел переключить внимание духовенства на вопрос папской непогрешимости. Одной из важнейших тем дебатов на соборе явилось обсуждение “вопроса о Гонории“, который, казалось, отбрасывал монофелитизм назад в VII век. Сторонники непогрешимости доказывали, что Гонорий виновен только в написании скромных личных писем, но это не касается официального папского учения. Когда дело дошло до голосования, епископы отдали свои голоса в количестве 533 против 2-х за папскую непогрешимость, причем 2 епископа, которые проголосовали против, немедленно после объявления результатов голосования изменили свою позицию. Этот декрет утверждал, что папа обладает непогрешимостью в вопросах веры и морали, когда выступает ex cathedra, т.е. с кафедры. Не все правильно поняли этот декрет, особенно в протестантских странах. Принятое утверждение не означает, что папа как человек безгрешен. Это ничего не имеет общего с его характером или поступками. Единственное, что утверждается в этом декрете, так это то, что папа, выступая официально по вопросам морали и церковной доктрины, не может допускать ошибок. Все католические епископы горячо поддержали этот декрет, в то время как большая часть интеллигенции выступила против. Они понимали, что невозможно закрыть глаза на случай с Гонорием, и, следовательно, утверждения о непогрешимости папы нечестны и, более того, неправомочны. Церковный историк Деллингер (1799-1890), родом из Германии, встал во главе оппозиции, и после его отлучения от церкви в 1871 году немецкие противники непогрешимости папы восстановили у себя в стране старую католическую церковь.

Два дня спустя после вступления в силу папского декрета о непогрешимости, Франция объявила войну Пруссии. Начало франко-прусской войны потребовало возвращения домой всех французских войск, находящихся в Италии. Франция больше не могла поддерживать Рим и защищать папу. После ухода французов в Рим вскоре вошли итальянские войска. И город, и Римское государство вошли в состав Итальянского королевства, а временную власть папы, установленную еще в 756 году Пипиновым даром, постигла судьба Священной Римской империи. Но Пий отказался это принять. Он потребовал от всех европейских католических государств прислать свои войска на помощь папству, но ни один европейский правитель не отозвался на его требование. Пий же отказался вести переговоры с новым итальянским правительством и провозгласил себя “ватиканским пленником". Больше уже он никогда не покидал пределы Ватикана. Все последующие папы следовали его примеру до 1929 года, когда этот конфликт был наконец улажен.

Понтификат Пия явился своеобразным периодом в истории папства. В начале своего правления Пий был наиболее популярным папой за всю историю; но когда он умер, среди его предшественников не нашлось ни одного, который менее чем он отвечал бы чаяниям католиков Европы. Папа Пий поднял ультрамонтанизм на новую высоту, и благодаря поддержке его сторонников, он сумел привить католическую догму даже в тех регионах Европы, где она являлась причиной конфликтов на протяжении 17 лет. Несмотря на свое неприятие идеи итальянского воссоединения, Пий все равно оставался популярным в Италии. Фактически его понтификат заложил такую прочную основу популярности папства в народе, что даже его последователи продолжали пользоваться ей; поэтому Пия IX можно считать значительной фигурой в церковной жизни XIX века.

Папский декрет о непогрешимости папы и как результат — создание в Германии Старой католической церкви вызвали непроходящую головную боль у Пия и немецкого правительства. В Германии по-прежнему была государственная церковь, а основные преподавательские должности в немецких университетах занимали профессора-католики. Католическая церковь в Германии отлучила от церкви всех профессоров, отказавшихся поддержать папский декрет о непогрешимости. Немецкое имперское правительство, во главе которого стоял канцлер Бисмарк (1815-1898), было озабочено этим вмешательством. Означает ли это, что римская католическая церковь, во главе которой стоит папа-иностранец, может вмешиваться и, более того, контролировать процесс образования в Германии? Поэтому Бисмарк решил поддержать Старую католическую церковь в борьбе против папства.

В 1872 году Бисмарк назначил нового министра образования — Пауля Фалька (1827-1900), которому поручил защищать права государства от посягательств на них церкви. В 1873 году были приняты несколько законов, которые стали известны под названием “законы Фалька". В них регламентировалось образование в католических семинариях, выдача лицензий и назначения пасторов и епископов. Католики чувствовали себя разочарованными, а светские власти утверждали: это единственный нормальный путь взаимоотношений церкви и государства. В 1878 году папа Пий IX объявил о неправомочности законов Фалька. Германия в этом заявлении увидела покушение на свой суверенитет, и правительство страны повсюду усилило давление на католическую церковь. Эта борьба вошла в историю под названием “Культуркампф“ (борьбы за культуру). Каждая из противоборствующих сторон считала, что именно она борется за эту цивилизацию; кроме того, немецкие власти считали свою борьбу против католицизма борьбой в защиту суверенитета страны, за прекращение иностранного вмешательства в ее внутренние дела. Положение становилось все хуже и хуже. Большая часть католического духовенства отказалась подчиниться настойчивым требованиям канцлера, и к 1878 году в стране освободилось 9 епархий; 2.000 священников были уволены, полмиллиона римских католиков оказались без пастырского присмотра, многие школы и колледжи были закрыты, в народе росло неуважение к религии, а всеобщий хаос стал настоящей проблемой для всей страны. После смерти Пия Бисмарк, устав от непрекращающейся борьбы и одновременно преследуя свои собственные политические интересы, решил прекратить борьбу с папством. К 1886 году все спорные вопросы были в основном решены, а законы Фалька формально отменены.

Историки до сих пор спорят, кто же победил в этой “борьбе за цивилизацию". Католики вышли из этой борьбы заметно укрепив свои позиции, но и Бисмарк добился реализации практически всех своих планов. Канцлер сумел спасти недавно созданную Германскую империю, а Ватикан получил хороший урок, который усвоил на все времена: его власть и влияние в современных мирских государствах имеет строго ограниченные пределы. Некоторым образом этот конфликт дал толчок для обращения к аналогичным проблемам во Франции.

В 1852 году новым императором Франции стал Луи Наполеон, который поддерживал крепкие отношения с римской католической церковью. Казалось, оживилась и религиозная жизнь в стране. Но в это время Франция переживала тяжелое время в войне с Германией. Разгром французских армий был уже вопросом нескольких недель, и Париж готовился к длительной осаде во время тяжелой зимы. Новое правительство, недавно пришедшее к власти, так же, как и предыдущие, стояло на республиканских позициях, так что по всей Франции быстро распространилась новая волна антиклерикализма. Большая часть интеллигенции, особенно в среде политиков, была настроена против духовенства. Многие среди них воспитывались в протестантских традициях и были убежденными противниками иезуитов.

К 1879 году стало ясно, что республиканцы полностью контролируют все ключевые точки управления государством и проводят антиклерикальную политику. Министром образования Франции стал Жюль Ферри (1832-1893), который немедленно предложил принять закон об отделении всей системы образования от церкви и исключении из образовательного процесса незаконно открытых приходских школ и университетов. Дополнительно принятые в 1883-1885 году законы разрешали работу в воскресные дни, приостанавливали проведение публичных молебнов в день открытия парламентских заседаний и восстанавливали в Гражданском кодексе право на развод.

Католическое сопротивление этим принятым правительством мерам никогда не было надлежащим образом организовано и не пользовалось поддержкой в народе; а та немногая поддержка, которая и была у католиков, полностью исчезла с возникновением дела Дрейфуса. В 1894 году Альфред Дрейфус, армейский капитан, был обвинен в шпионаже в пользу Германии. К тому же, Дрейфус по национальности был евреем, и этот несправедливый судебный процесс развязал настоящую антисемитскую кампанию, и частично со стороны церкви. Эта кампания была инспирирована теми, кто хотел наглядно показать всю испорченность государства, породившего такого шпиона, как Дрейфус. Дело Дрейфуса в течение десятилетия находилось в центре политического внимания во Франции, но в результате все закончилось несущественными атаками церкви на государство. Духовенство продемонстрировало нежелание пересмотреть свое отношение к делу из-за постоянно увеличивающегося антиклерикализма многих политиков. После реабилитации Дрейфуса многие простые жители Франции надолго запомнили, что церковь оправдала Дрейфуса задолго до того, как это сделало правосудие.

Эмиль Комб (1835-1921) стал премьер-министром Франции в 1902 году. Он пришел к власти, находясь во главе Радикальной коалиции, существенную поддержку которой оказывали многие противники духовенства. Бывший семинарист и профессор богословия, он испытывал все возрастающую ненависть к своим бывшим союзникам и не останавливался ни перед чем при проведении антиклерикальных законов. За отказ подчиняться государственным распоряжениям было закрыто около 3.000 приходских школ. В ноябре 1904 года Комбс представил Учредительному собранию закон, в котором церковь отделялась от государства. И хотя Комб лишился власти, в следующем году его проект был рассмотрен в правительстве и прошел большинством голосов: 314 против 233. В соответствии с этим законом гарантировалась полная свобода вероисповедания, но без признания и финансирования государством. Так закончилось существование духовного ведомства в правительстве7. Папа осудил новый закон, хотя, возможно, это только побудило многих французов принять его8. Можно предположить, что подобное разгосударствление церкви оказало положительное влияние и на церковь, и на государство, так как оно способствовало дальнейшему становлению светской власти в Европе. Старые опоры религии в Европе были безвозвратно утрачены. Церковь входила в XX век, имея, пожалуй, самую слабую поддержку со стороны мирского населения со времен римских гонений на христианство.

 

ЛИТЕРАТУРА К ГЛАВЕ 21

 

1. Altholz, Josef L. The Churches in the Nineteenth Century: Indianapolis: The Bobbs-Merrill Company, 1967.

Великолепный обзор церквей с 1789 до 1914 года

2. Bury, J.B. History of the Papacy in the 19th Century: Liberty and Authority in the Roman Catholic Church.Edited by R.HMurrayNew YorkSchocken Books, 1964.

Прекрасно написанный глубокий обзор событий в истории папства в середине 19 века на примере понтификата Пия IX.

3. Church, R.W. The Oxford Movement: Twelve Years1833-1845. Edited and with an Introduction by Geoffrey Best. ChicagoUniversity of Chicago Press, 1970.

Репринтное издание вышедшей в 1891 г. книги, содержащее, тем не менее, превосходное описание основных событий и деталей Оксфордского Движения.

4. Harnack, Adolf. What Is Christianity? Trans. Thomas Bailey Saunders. New York: Harper & Row, Publishers, 1957.

Полезный, написанный современным языком перевод основного произведения Харнака.

5. McManners, John. Church and State in France, 1870-1914. New York: Harper & Row, Publishers, 1973.

Глубокий анализ развития процесса отделения церкви от государства во Франции.

6. The French Revolution & the Church. New York, Harper & Row, Publishers, 1969.

Оценка и изучение того, что было сделано церковью и для церкви во Франции во время Революции,

7. Newman, John Henry. An Essay on the Development of Christian Doctrine. Edited with an introduction by J.M. Cameron.

Harmondsworth, England: Penguin Books, 1974.

Книга, впервые изданная в 1845 г., представляет идею Ньюмена, которая привела его в Рим: церковь может изменять свое учение в соответствии с законами развития.

8. Schleiermarcher, Friedrich. On Religion: Speeches to its Cultured Despisers. Trans. John Oman, with an introduction by Rudolf Otto. New York: Harper & Row, Publishers, 1958.

Хороший перевод и удачное издание основного эссе Шлейермахера.

 

ВОПРОСЫ И ЗАДАНИЯ К ГЛАВЕ 21

 

1. Подготовьте конспект истории французского католичества за период 1789 -1914 гг. Что общего и что различного вы можете отметить между Великой французской революцией и разгосударствлением церкви в 1905 г.?

2. Кто из немецких богословов, о которых говорилось в этой главе, оказал наибольшее влияние на становление современного христианства? Подготовьтесь обосновать свой ответ.

3. Можно ли было ожидать возрождения монастырского движения в эпоху романтизма? Что, по-вашему, могли подумать выдающиеся ученые средневековья о романтизме?

4. Выделите общие и/или различные черты Культуркампф и борьбы с инвеститурами в средние века. Как можно связать Оттона I и Генриха IV с Бисмарком?

5. Сравните папу Пия IX с каким-либо выдающимся средневековым папой. Вокруг каких основополагающих культурных факторов, разворачивались события в то и другое время?

6. Проанализируйте влияние Папской области на историю папства и римского католицизма со времен ее создания Пипином.

 

ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ 21

 

1. Декларация прав человека опубликована в Manschreck, II.

2. Отрывки из гражданской конституции духовенства опубликованы в Manschreck; Barry, III.

3. Конкордат опубликован в Manschreck; Barry, III.

4. Декрет Пия опубликован в Manschreck.

5. "Силлабус" с некоторыми комментариями опубликован в Barry,III, сокращенный вариант — в Manschreck.

6. Ватиканский декрет о папской непогрешимости опубликован в Barry, III; сокращенный его вариант дан в Manschreck.

7. Закон об отделении церкви от государства опубликован в Barry, III.

8. Папский ответ на этот закон опубликован в Manschreck.

 

 

ГЛАВА 24

 

РАСПРОСТРАНЕНИЕ МИССИОНЕРСКОГО ДВИЖЕНИЯ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ

 

В зависимости от того, что иметь в виду под словом миссия, этот род деятельности всегда имел значение для церкви. Если под миссионерством подразумевать все виды проповедования Евангелия и его распространения вширь, то, без всякого сомнения, миссии являются важнейшей составляющей жизни церкви с момента ее основания. Если же под миссией понимать проповедь Евангелия “чужим“, то тогда этот род деятельности будет носить более случайный характер. Но даже и в этом случае такие проявления миссионерства были типичными для истории церкви. В этой главе будет рассказано о наиболее значительной миссионерской деятельности за последние несколько веков. Также нам было бы полезно вспомнить некоторые важнейшие миссии, которые действовали в ранний период становления церкви.

Еще в начале книги мы говорили о распространении веры в I веке нашей эры, в результате чего христианство проникло в каждый уголок Римской империи. Многие из тех, кто нес с собой христианство, были никому не известными путешественниками. Тем не менее эти люди, истинные миссионеры в любом смысле этого слова, стали ядром распространения идей церкви I века и способствовали деяниям и путешествиям апостолов.

Ульфила был одним из значительных миссионеров IV века. И хотя он принес готам арианское христианство, по результатам своей деятельности он был занесен в церковные анналы как один из наиболее выдающихся миссионеров. Именно его усилиями, причем сначала он работал среди варваров в одиночку, не только готы, но и некоторые другие племена обратились в христианство. Хотя в этом есть и отрицательная сторона, так как позднее они позволили склонить себя к римскому католичеству.

Еще одно событие, которое до сих пор не утратило своего значения, — это миссия Августина в Англию в 597 году. Деятельность Августина была направлена на обращение англосаксонских племен; ему удалось вернуть Британию римскому христианству и подписать смертный приговор кельтскому христианству. Как мы уже говорили, успех этой английской миссии оказал огромное влияние на развитие событий в следующие столетия. Не только сами британцы были преданы римскому христианству, но и миссионерская деятельность англосаксов в континентальной Европе также отличалась подобной преданностью и в дальнейшем. Вилфред, Виллиброрд и Бонифаций имели такое же значение при обращении в христианство Нидерландов и Германии, какое сам Августин при обращении Британии.

Может быть еще большим героизмом и драматизмом отличались менее известные средневековые миссии. Немецкие христиане несли свою веру на Север, в Скандинавию, и на Восток, в славянские страны. Славяне особенно упорно сопротивлялись продвижению христианства, так как считали его (и иногда это имело под собой почву) одной из сторон экспансии германского империализма. Подобное отношение до сих пор наносит непоправимый урон христианским миссиям. Несторианские миссионеры в IX веке отправились в Индию и Китай. В Китае им удалось добиться значительных успехов, но затем буддисты смогли уничтожить все, чего они добились. Во всех этих непростых ситуациях многие миссионеры продемонстрировали мужество и способность к самопожертвованию, которые во все времена отличали христианские миссии (вспомните, как Стефан отстаивал учение Христа в синагоге перед евреями-эллинистами). Большая часть всех этих миссионерских предприятий не привлекала к себе особого внимания. Иногда это происходило из-за того, что англоязычные страны в культурном плане не чувствовали себя в долгу перед Скандинавией и Восточной Европой; а иногда причиной этого было то, что миссионеры добивались незначительных результатов, которые можно было и не заметить.

В период протестантской Реформации почти вся Европа была так поглощена противостоянием католиков и протестантов, что ни у кого попросту не осталось времени интересоваться новой миссионерской деятельностью. Хотя необходимо отметить некоторые римско-католические миссии, которые явились хоть и исключением, но довольно значительным. Большая часть этих миссий, но не все, были связаны с путешествиями первооткрывателей и исследователей. Протестантская же миссионерская деятельность того времени была связана с основанием новых колоний, особенно Англией, Голландией и Швецией в Северной Америке. Эти колонии пытались отправлять миссионеров к индейцам, но подобные акции были исключительно узкомасштабными. Белые колонисты из своего первого же опыта общения с “враждебно настроенными“ индейцами поняли, что ожидать от обращения коренного населения Америки в христианство многого не приходится. Все усилия пуритан в первых колониях Массачусетса, а также миссионерские акции квакеров совместно с моравскими братьями в Пенсильвании и Огайо, имели некоторый успех, но он был непродолжительным. Протестантские же миссии того времени были незначительны, и точно такими были и успехи этих миссий.

Римские католики, однако, оказались гораздо более честолюбивыми и им сопутствовала удача. Широкую известность получили две монашеские миссии в Новом Свете, которые организовали соответственно испанцы и французы (о них мы уже говорили в предыдущей главе). Однако еще более многообещающей оказалась католическая деятельность на Востоке. Освоение португальцами территории в районе города Гоа в Индии в самом начале XVI века свело их с христианами Мар Томаса, несомненными несторианцами, которые находились в религиозной и культурной изоляции в течение нескольких веков. Португальцы занялись обращением этих людей, в результате чего многие из них к концу века перешли в лоно римско-католической церкви.

Наиболее значительной и одновременно рискованной оказалась миссия иезуитов на Востоке. Испанец Франциск Ксавьер (1506-1552), один из первых сподвижников Лойолы и один из первых иезуитов, в 1542 году отправился в Индию, но не как христианский миссионер, а в качестве представителя короля Португалии. Сначала он прибыл в Гоа, затем по побережью добрался до Южной Индии, где вскоре начал свою деятельность среди одной из каст рыбаков. Там находилось 10.000 человек, которых окрестили еще до его приезда, а потом оставили на произвол судьбы. Ксавьер прожил среди них несколько лет, успешно объединив их с помощью местных церквей.

Вскоре его внимание привлекла Япония, куда он и прибыл в 1549 году. Там Ксавьер прожил 27 месяцев, оставив после себя три группы обращенных. Позднее ему в помощь прибыли иезуиты (до 1593 года обращение Японии в христианскую веру находилось в руках иезуитов), и к 1563 году многие даймё, местные князья, приняли христианство. Часто в результате обращения даймё христианство принимали все его подданные. В 1601 году появились первые японские священники, однако вскоре начались преследования на местах, в результате которых христианство на Японских островах было уничтожено уже к 1630 году. Пытки и казни европейских и японских миссионеров сопровождались бесчисленными репрессиями против японцев-христиан. Около 2000 христиан погибло во время этих событий; прошло еще два века, прежде чем христианство вернулось в Японию.

Между тем христианство вернулось и в Китай. Матфей Риччи (1552-1610), еще один монах-иезуит, прибыл в Гоа в 1578 году; в 1583 году он высадился в Китае, а в 1601 году прибыл в столицу Китая Пекин. Успех пришел к нему не сразу, и к тому же некоторые его методы вызвали сильные возражения. Он считал, что китайцев необходимо рассматривать как наследников древней цивилизации, поэтому к ним необходимо относиться с уважением. Вместо общепринятых латинских слов для обозначения Бога, он начал пользоваться китайскими словами, за что был обвинен в искажении Евангелия. Считая конфуцианство в своей основе системой семейного почитания, он полагал, что китайцы-христиане могут сохранить некоторые конфуцианские обычаи. Позднее все это было яростно осуждено в Риме, и нет сомнения, что излишняя жестокость этих обвинений была вызвана завистью к успешной деятельности иезуитов со стороны доминиканцев и францисканцев.

В XVII веке римско-католические миссии переживали необычайный подъем, бурный всплеск энергии и энтузиазма. Три основных фактора ускорили этот подъем.

(1) Прежде всего, росла озабоченность, что из-за соперничества в миссионерской деятельности увеличилась вражда между различными монашескими орденами, что, естественно, не отвечало интересам церкви в целом. Папские власти решили, что наступило время лишить всевозможные ордены независимости в их миссионерской деятельности; с этого момента именно они должны были направлять деятельность различных миссий и руководить ею. Для этих целей была сформирована Святая конгрегация пропаганды веры, вскоре получившая более короткое название — Пропаганда. Эта Конгрегация была основана в 1622 году в понтификат папы Григория XV (1621-1623).

(2) Следующим фактором было создание в 1663 году в Париже новой семинарии, получившей название Общества зарубежных миссий. Ко второй половине XVII века одновременно с продолжающимся упадком Португалии и Испании в качестве мировой силы все большее могущество начала приобретать Франция, которая в скором времени стала известной как страна самых активных римско-католических миссионеров. И даже в XIX веке Франция все еще оставалась самой активной в миссионерском плане страной во всем мире.

(3) И наконец, существенную помощь католическим миссиям оказало решение повсеместно увеличить число епископов. Решение о том, чтобы миссии оставались просто миссиями, оказалось достаточным сдерживающим фактором. Подготовка местного руководящего духовенства и соперничество между местными лидерами за право занимать ответственные посты и брать на себя руководящие функции создали атмосферу подъема и оптимизма. Назначение апостолических викариев проложило путь местным епископам и упростило передачу власти от монашеских миссионеров белому духовенству, которое все прибывало из-за рубежа, а также появилось и среди коренного населения.

Католические миссии процветали, проникая все в новые и новые страны. Это относится к Индии, Китаю, Вьетнаму, Канаде, Латинской Америке и Африке. Однако к середине XVIII века ситуация начала постепенно меняться. Франция и Англия заметно опередили Испанию и Португалию в империалистической гонке; тем самым влияние этих двух католических стран было подорвано. В 1742 году папа Бенедикт XIV (1740-1758) осудил деятельность миссионеров в Китае, которые позволили адаптировать некоторые конфуцианские обычаи к христианству. Его булла “Ex quo singulari“ вызвала значительные изменения в жизни китайских христиан. По всей стране иезуиты пользовались доверием у населения; осуждение их деятельности вызвало негативную реакцию со стороны местного населения по отношению к другим миссионерам, так как китайцы считали, что неиезуитские миссии хотят уничтожить привычные им традиции и культуру. Немедленно начались гонения, а результате которых христианство меньше чем за столетие было полностью уничтожено по всему Китаю. Роспуск в 1773 году ордена иезуитов оказался еще одним трагическим ударом по католическим миссиям. Хотя во многих европейских странах иезуиты и явились источником постоянных интриг, монахи этого ордена считались оплотом миссионерства во многих странах, и роспуск ордена иезуитов означал фактический конец всех этих миссий.

К концу XVIII века католические миссии находились в печальном состоянии. Во многих странах в результате преследований были сведены на нет практически все предыдущие достижения миссионеров. В других странах большим доверием пользовались священнослужители-иностранцы, чем свои местные священники. Но хуже всего проявила себя тенденция насаждения в чужой культурной среде христианства в его полной римско-католической форме, в том числе с использованием латыни при проведении церковных служб и также обязательного целибата клира. Все эти факторы вместе взятые означали, что к концу двухвекового героического служения католические миссии остались практически с пустыми руками. Однако не все еще было потеряно. В этих странах, куда проникли миссионеры, остались христианские форпосты, которые послужили базой для дальнейшей деятельности церкви.

Для протестантского мира с миссионерской точки зрения два прошедших века не представляли никакого интереса. Протестанты были заняты наведением порядка в своем собственном доме. Те же страны, которые занимались основанием колоний, например такие, как Англия и Нидерланды, были слишком заняты своими собственными духовными и экономическими потребностями, чтобы обращать внимание на остальной мир.

Но нельзя сказать, что они полностью утратили связи с другими странами. Когда король Дании обеспокоился духовным климатом в своей маленькой колонии на юго-востоке Индии, он обратился за помощью к пиетистской школе в Галле. Для урегулирования этих дел в 1706 году в Индию прибыли лютеранские миссионеры. Там они открыли свою миссию, которая процветала. Впоследствии подключились и британские власти, оказавшие этой миссии свою поддержку. Одну из основных целей этой миссии поддержали позднее практически все протестантские миссионеры: это — стремление дать образование как можно большему числу людей, чтобы обращенные могли самостоятельно читать Слово Божие на своем родном языке. В то время миссионеры и школы были неразрывно связаны между собой.

В 1722 году в Гренландии открылась вторая датская миссия. Существенную помощь ей оказали моравские миссионеры, которые прибыли в страну в 1733 году. Помимо нее была еще только одна протестантская миссия — работа английских колониалистов с американскими индейцами, и о ее деятельности мы уже говорили. Еще одним источником миссионерских дел, не охваченных протестантами, стала русская православная церковь. Она направила свою деятельность в долину Волги, в Сибирь и даже в Северную Америку. Русские заявили свои права на Аляску, из этого района из миссии отправились по побережью в Центральную Калифорнию. Река Русская недалеко от Сан-Франциско является свидетельством того, что они когда-то здесь были.

Рассмотренный нами период времени отмечен высокой активностью различных миссионерских групп, однако настоящий пик миссионерства приходится на XIX век. Рассмотрев развитие миссионерства за некоторый период времени, датируемый обычно с 1789 по 1914 год, историки назвали это время “Великим веком“. Это был век активности и протестантского, и католического миссионерства, хотя, если сравнивать эти два направления, можно сказать, что протестанты были заметно активнее. Именно англоязычные протестанты несли на себе основную тяжесть миссионерской службы. В 1900 году во все мире работало около 13.600 зарубежных миссий, из них 5900 британских и 4100 американских, то есть около 75% от общего числа, среди неримско-католических миссионеров число англичан и американцев составляло полные 80%.

Некоторые существенные факторы оказали влияние и дали толчок этому величайшему миссионерскому движению. Перечислим их.

1) Развитие транспорта, средств связи и тяга к путешествиям, все это преобразило многие области земли и открыло их для первых миссионеров. Важно отметить, что во времена Наполеона нельзя было передвигаться по Европе быстрее, чем во времена Цезаря. Самый быстрый конь в 45 году до н.э. не скакал быстрее коня в 1800 году. Шесть месяцев требовалось на морское путешествие из Англии в Индию; основные индийские города находились друг от друга на расстоянии более месяца пути. Однако развитие паровых двигателей, а позднее двигателей внутреннего сгорания полностью изменило способы передвижения. Железная дорога и пароходы значительно сократили время, которое раньше требовалось на дорогу. Развитие средств связи происходило еще быстрее и оказало большое влияние на жизнь людей, особенно с появлением телеграфа, а позднее телефона. Все это создало целый мир новых возможностей для общения и путешествий.

2) Другим важным фактором, оказавшим влияние на развитие миссионерского движения, был длительный период мира, установившегося в Европе после окончания наполеоновских войн. В свое время ранняя церковь быстро распространяла свое влияние, используя все преимущества, которые можно было извлечь из Pax Romana; в XIX веке то же явление произошло благодаря Pax Brittanica (Британскому миру). Мир в Европе означал, что страны в это время не участвовали в серьезных вооруженных конфликтах, за исключением нескольких кратких столкновений. Поэтому они могли направить всю свою альтруистскую энергию на поддержку зарубежных миссий. Британия особенно преуспела в этом движении, и она сконцентрировала в своих руках достаточно власти, чтобы позволить иностранным миссиям осуществлять свою деятельность в развивающихся регионах.

3) Это было также время колониальных завоеваний. По мере того как важнейшие европейские страны расширяли свои имперские владения за счет Азии и Африки, великое множество миссионеров начало проникать на эти континенты. Но во всем этом были как положительные, так и отрицательные стороны.

4) Еще одним фактором стала индустриальная революция, которая ранее нашла свое отражение в развитии транспорта и средств связи. Страны, переживавшие эту революцию, заметно укрепили свое могущество и активные силы, которые требовали выхода; и таким выходом часто являлась организация иностранных миссий. В то же время, многие католические страны не вступили в эпоху индустриальной революции, и таким образом они остались далеко позади и в миссионерском движении. Активные в начальный период этого движения католики постепенно теряли свои позиции.

Часто можно было наблюдать комбинацию последних двух факторов. Миссионеры, которые приезжали в разные страны под флагом своей родины, всегда могли рассчитывать на поддержку и защиту своего правительства. Страны, которые смогли построить империю, как правило, переживали и индустриальную революцию. Они искали новых рынков сбыта для своих товаров, новые сырьевые источники. В новые колонии хлынули торговцы и исследователи. Христиане из метрополий заботились о духовном состоянии людей в колониальных владениях, особенно когда в них наметилось возвращение к язычеству. Миссионеры там работали под защитой своего флага.

Многие страны хотели не просто присоединять эти колонии, они искренне заботились о гуманитарной помощи коренному населению в его развитии. Они стремились поднять уровень местной цивилизации, что обычно сопровождалось основанием школ для преодоления безграмотности населения. Протестантизм был религией Библии, и протестантские миссионеры, в частности, понимали, что их деятельность сможет увенчаться успехом только тогда, когда коренное население стран-колоний сможет читать Библию на своем родном языке. В жизни же это означало, что при всех протестантских миссиях организовались школы; значительная доля миссионерской работы происходила параллельно с подобной новой формой империализма.

Однако иногда в подобной ситуации, сочетающей обоюдные интересы, проявлялись и отрицательные стороны. Некоторые правительства использовали своих миссионеров для достижения нечестных целей. Случай, происшедший в 90-х годах XIX века в Китае, можно считать типичным для того времени. У Германии были экономические интересы в Китае, но она никак не находила повода для ввода войск в эту страну. Поэтому правительство позволило отправиться в Северо-Восточный Китай своим миссионерам, хотя оно знало о нестабильности положения в этой области и небезопасности обстановки. Но Германия рассчитывала, что присутствие в этом регионе христианских миссионеров спровоцирует местное население на какие-либо противоправные действия. Именно так и случилось: в 1895 году два немецких миссионера были убиты в местном конфликте. В ответ немецкое правительство заявило, что китайское правительство не может обеспечить порядок и строгое соблюдение закона в стране и что в этой провинции необходим иностранный контроль за порядком, который и собирается взять на себя Германия. Таким образом, миссионеры служили орудием (но с уверенностью можно сказать, что они об этом даже не подозревали) немецкого империализма. Из-за большого числа подобных инцидентов среди местного населения к христианским миссионерам начали относиться как к авангарду империалистической агрессии. В результате жители этих стран сопротивлялись обращению в христианство.

Началом настоящего миссионерства в XIX веке можно считать деятельность в Индии, начиная с 1793 года, Вильяма Кэри (1761-1834). Вильям был баптистом, который в молодости прочитал книгу “Последнее путешествие капитана Кука“ и увлекся миссионерской работой. Далее Кэри прочитал книгу Дж.Эдварда “Жизнь и дневник Дэвида Брайнерда“, где речь шла о миссионере, долгое время жившем среди американских индейцев в40-х годах XVIII века. Кэри также ознакомился с отчетами о работе Джона Элиота среди массачусетских индейцев в XVIII веке и о совместной миссии города Галле и датчан в Индии в XVIII веке. В 1792 году он опубликовал книгу на 87 страницах под названием “Исследование обязанностей христиан по использованию средств для обращения язычников“ (“Ап Enquiry into the Obligations of Christians to Use Means for the Conversion of the Heathen"). Эта его работа явилась ответом на появившуюся в то время точку зрения о том, что если бы Бог хотел обращения язычников, то Он сделал бы это без помощи посредников. 30 мая 1792 года Кэри прочитал свою знаменитую проповедь по книге пророка Исаии, 54:2,3 (“Распространи место шатра твоего, расширь покровы жилищ твоих"), во время которой он выдвинул знаменитый девиз: “Ожидай великого от Бога; добивайся великого для Бога“. Кэри организовал баптистское миссионерское общество и спустя 4 месяца отправился морем в Индию, где начал свою плодотворную деятельность, которая продолжалась 40 лет.

Началом миссионерства в Америке традиционно считается религиозная деятельность нескольких студентов Вильямского колледжа в Вильямстауне, штат Массачусетс. Однажды летом 1806 года, пытаясь укрыться от неожиданного летнего дождя, они спрятались в стоге сена; и пережидая там непогоду, они решили посвятить себя зарубежному миссионерству. Четыре года спустя после этого знаменитого “Молитвенного собрания в стоге сена“ они организовали Американское общество зарубежных миссий среди конгрегационалистов Новой Англии. Два года спустя Адонирам Джадсон (1788-1850) отправился в Индию и Бирму, где начал свою пожизненную службу.

Американское общество стало своего рода авангардом всех американских протестантских властей. Между тем деятельность Кэри в Англии настроила англичан на поддержку миссионерства и участие в его организациях. В 1795 году в Лондоне было основано Лондонское миссионерское общество, в которое вошли представители различных протестантских групп, среди которых преобладали конгрегационалисты. В 1799 году англиканские протестанты также организовали свое Церковное миссионерское общество, а в 1804 году — Британское и Зарубежное библейское общество. Нидерландское миссионерское общество было основано в 1797 году, и оно стало практически филиалом Лондонского миссионерского общества с той лишь разницей, что в Нидерландах работали голландцы. В 1800 году в Шотландии появились целых два общества: Шотландское миссионерское общество и Миссионерское общество города Глазго. Протестанты в Германии организовали в 1804 году в Берлине школы для подготовки миссионеров, большая часть выпускников которых попадали на работу в Лондонское, Нидерландское и Церковное миссионерское общество. Подобная школа открылась и в Базеле в 1815 году, но во второй половине века в Германии также появился ряд миссионерских обществ, поэтому подготовленные миссионеры посылались уже туда. В 1818 году во Франции появилось Парижское библейское общество, а в 1828 году — Евангелистское миссионерское общество, расположенное в Париже. В 1821 году было основано Датское миссионерское общество, а в 40-50-х годах XIX века подобные организации появились среди лютеран во всех скандинавских странах. Вскоре уже существовали в буквальном смысле слова сотни миссионерских обществ, которые объединяли сотни тысяч мирян по обе стороны Атлантики. К 1830 году каждая значительная религиозная группа имела по меньшей мере одно миссионерское общество, и у многих из них были дюжины таких обществ, разбросанных по всей стране. С 1860 года появились и первые значительные результаты деятельности этих миссионерских обществ, особенно по внедрению христианства в Индии, Китае и Африке.

Римские католики тоже пытались проявлять активность в миссионерской деятельности, хотя, как уже говорилось, в то время произошло значительное ослабление позиций Испании и Португалии. Вскоре ведущую позицию в католическом мире заняла Франция. В течение века до начала Первой мировой войны французам принадлежало больше половины всех католических миссионеров. От двух третей до трех четвертей католических миссионеров по национальности были французы; 80% всех монахинь и братьев-наставников также считались гражданами Франции. В XIX веке во время выполнения миссии было убито 119 священников, и 95 из них по национальности были французами. Характерной чертой этого явления стало постоянное увеличение числа женщин-миссионеров. В миссионерскую деятельность постепенно втягивалось все большее количество монашеских орденов. К концу 70-х годов XIX века на 60.000 католических миссионеров приходилось около 35.000 женщин. К 1900 году число женщин увеличилось до 53.000 человек при общем числе миссионеров-католиков — 70.000.

Этот всплеск активности католического миссионерства объясняется несколькими причинами.

1) До невиданных прежде размеров вырос в народе интерес к миссионерской деятельности. В 1862 году в Лионе было создано общество пропаганды веры, которое стало первым обществом мирян-католиков для финансовой поддержки миссий. Именно это общество оказало огромное благоприятное влияние на американский католицизм в его последующем развитии. Позднее возникли аналогичные общества во Франции, Германии и других странах. К 1914 году в Европе насчитывалось около 200 подобных организаций; более половины денежных пожертвований, которые поступали в эти организации, приходилось на долю Франции.

2) Благотворное влияние на развитие миссионерства в большинстве католических стран оказала политика религиозного нейтралитета, которую проводили их правительства. Эти страны не могли больше использовать религию как орудие для достижения своих политических целей, как это бывало в более ранние периоды. В эпоху Контрреформации Испания, Португалия и Франция содержали и контролировали свои миссии. Теперь же это было невозможно, и прекращение государственного вмешательства, возможно, воодушевило и вовлекло в миссионерскую деятельность еще больше мирян, а также способствовало их активной работе,

3) Если раньше католические миссии выражали интересы своих стран и придерживались абсолютной лояльности королю, то теперь среди миссионеров все больше распространялись ультрамонтанистские взгляды — большая приверженность Риму и его власти. Контрреформации и миссии предпочитали папский контроль. Одна только Франция противостояла папскому влиянию, но к концу XIX века и после отделения в середине века во Франции церкви от государства контроль над французскими миссиями со стороны папы стал полным. В XX веке религиозные ордены во всем мире перешли под централизованное управление папского двора.

4) Со временем в подходах, которые использовали миссионеры, появлялась зрелость. Уже не было массовых обращений в христианство с помощью меча, как это происходило на более ранних этапах. Миссионеры несли обращение отдельным лицам либо семьям, причем у принимающих крещение предполагалось наличие некоторых религиозных познаний. И хотя католические миссионеры в отличие от протестантов не очень строго придерживались подобных правил, это явилось значительным изменением по сравнению с изначальным католическим порядком.

Миссионерство в XIX веке было направлено в основном в неизведанные просторы Африки, Азии и островов южной части Тихого океана. Римские католики по-прежнему были крайне активны в Латинской Америке, хотя религиозные представления у большей части населения этих стран были до крайности поверхностны. Но в то же время появились и некоторые новые направления в миссионерской деятельности. Индия считалась “старой“ областью миссионерства еще со времен пребывания там англичан вместе с датчанами. Еще дольше там проработали католические миссии, но теперь они с новой силой взялись за это дело. Китай открылся для миссионерства в XIX веке, хотя там развернулась настоящая борьба, сопровождавшаяся всплеском национального самосознания, как это уже было раньше во время споров вокруг использования китайских эквивалентов слова Бог. Вплоть до боксерского (Ихэтуаньского) восстания 1899-1900 годов, которое было вызвано принявшим огромные размеры сопротивлением коренных жителей засилью иностранцев: и коммерческих деятелей, и религиозных миссионеров, последние не могли добиться никаких существенных результатов. Со временем среди наиболее успешных в Китае была Китайская континентальная миссия, основанная в 1865 году Дж. Гудзоном Тэйлором (1832-1905). Какое-то время эта миссия считалась самой крупной во всем мире. К 1895 году в ней работали 641 человек, причем все они приехали из разных стран мира.

Миссии на островах Южного моря начали свою деятельность еще в знаменательные времена отлова китов на небольших судах и китайской торговли. Здесь проявляли активность и американские миссионеры; на некоторых островах, особенно на Самоа, были активны немецкие миссионеры. Деятельность миссионеров-конгрегационалистов на Гавайях во многих ситуациях носила героический характер, хотя довольно часто они упорно пытались привить диким полинезийцам американскую культуру, вместо того чтобы просто заниматься проповедованием Евангелия.

“Исчезновение“ Давида Ливингстона в Африке (1813-1873) и его последующее “обнаружение“ Генри Стэнли (1841-1904) в 1871 году привлекло внимание к этому континенту как к возможному полю миссионерской деятельности. В XIX веке ислам все больше и больше начал терять свои позиции, и Средиземное море вновь, как и 1200 лет назад, стало христианским. Это открыло путь колониальной экспансии по всей территории африканского континента. Вначале колониальным завоеваниям подверглись Северная и Южная Африка, затем побережье Индийского и Атлантического океанов; со временем колонизаторы вошли и в Центральную Африку. В 1881 году Африка представляла собой открытый для завоевания континент, куда немедленно устремились, сопровождая войска и торговцев, христианские миссионеры. Французам и англичанам удалось захватить самые большие владения в Африке; от них старались не отставать немцы и итальянцы. Португальцам удалось утвердиться в Анголе и Мозамбике. Несмотря на все проблемы, которые возникали из-за отождествления миссионерства с западной культурой (знак равенства ставился между христианством и современными уборными, европейской модой и демократическими теориями), нельзя не упомянуть и положительные стороны этого движения. Прежде всего протестантизм как религия Библии способствовал зарождению и развитию грамотности и школ. Многие миссионеры испытывали искреннюю жалость к эксплуатируемому коренному населению и пытались покончить с наиболее ужасными проявлениями колониализма и эксплуатации. Одной из наиболее героических миссионерских групп в Африке стала группа Белые отцы, основанная архиепископом Шарлем Лавиржи (1825-1892) в Алжире в 1868 году. Начав свою деятельность с Туниса и Алжира, эта группа расширила сферу своего влияния в Центральную и Западную Африку. Получившие вначале название по цвету своих мантий и нарамников, Белые отцы в действительности назывались Обществом миссионеров Африки. Это общество помимо своей основной миссионерской деятельности внесло огромный вклад в уничтожение работорговли в Африке.

Волна миссионерского энтузиазма, которая достигла своего апогея в XIX веке, не может быть полностью оценена в отрыве от волны оптимизма среди населения, которая неотрывно ее сопровождала. В 1866 году в Америке было основано Студенческое добровольное движение, которое начало свою деятельность после проведения религиозного собрания учащихся университетов всемирно известным евангелистом Дуайтом Л.Моуди. Студенческое движение приняло в качестве своего девиза слова: “Евангелизация мира в этом поколении“. И они действительно стремились добиться этого. Более 5.000 миссионеров было набрано из числа студентов университетов за десятилетия после основания этого движения; они заняли ведущее положение в миссионерской деятельности в годы, предшествующие Первой мировой войне. Эта война, однако, кардинально изменила всю ситуацию; но об этом мы поговорим в главе 26. Но среди историков не было двух мнений по вопросу названия, которое они дали XIX веку: его назвали Великим миссионерским веком.

 

ЛИТЕРАТУРА К ГЛАВЕ 24

 

1. Latourette, Kenneth S. A History of the Expansion of Cristianity. 7 vols. New York: Harper & Row, Publishers, 1937-1945.

Крупнейшее описание истории современного миссионерства, выполненное высокоуважаемым главой историков миссионерства. Тома 4, 5 и 6 посвящены “Великому Веку“.

2. Neill, Stephen. A History of Cristian Missions. “The Pelican History of the Church," Vol. VI. Baltimore: Penguin Books, 1964.

Книга уже упоминалась в 7 главе. Прекрасное Однотомное изложение темы, содержащее гораздо больше деталей о расширении миссионерской деятельности, чем приведено в данной главе.

 

ВОПРОСЫ И ЗАДАНИЯ К ГЛАВЕ 24

 

1. Сколько районов мира не были обращены в христианство к 1800? Сколько их до сих пор осталось необращенных?

2. Почему миссионерский успех на Востоке так сильно отличается от успеха в Африке? Можно ли здесь провести параллель между этим явлением и нецерковным развитием Америки?

3. Почему индустриально развитые страны оказались более активными в миссионерской деятельности? Чем это можно объяснить: поисками собственной выгоды или чувством долга?

4. Каковы принципиальные отличия между миссиями первых восьми веков и миссиями последних двух веков? Что между ними общего?

5. В свете постоянного сопротивления третьего мира западному империализму, каковы, по-вашему, перспективы миссионерства в Африке и Азии?

 

 

ГЛАВА 26

 

ЭПОХА ЭКУМЕНИЗМА

 

Европейское христианство XX века, впрочем как и американское, характеризуют два основных фактора: экуменизм и отделение церкви от государства. XIX век оказался свидетелем великой борьбы поднимающегося национального самосознания и католического консерватизма, которая привела к столкновению в Италии, культуркапф в Германии и отделению церкви от государства во Франции. Протестантизм между тем также испытывал коренные изменения благодаря теологической переориентации либерализма и продолжающейся критики Библии, которая серьезно угрожала традиционному пониманию христианского Священного Писания. Из-за этого многие религиозные деятели чувствовали себя как в открытом море, стараясь выбрать нужное направление в этом новом для них мире, где старые концепции казались уже отжившими.

Именно к этому периоду относится зарождение экуменического движения. Слово экуменизм происходит от греческого oikoumene, что означает “весь обитаемый мир“. В современном понимании экуменизм означает попытки организовать сотрудничество и объединение христиан во всем мире. Экуменическая деятельность и экуменические организации не всегда представляют собой одно и то же, хотя между ними существуют определенные точки соприкосновения. Многие христиане принимают участие в экуменической деятельности, направленной на достижение единства во имя Христа, при этом они могут и не участвовать в работе Всемирного совета церквей. В этой главе мы рассмотрим и экуменические организации, и то, что дало им начало.

Истоки экуменизма надо искать за несколько веков до нашего времени, но традиционно датой рождения экуменизма считается 1910 год, год проведения Всемирной миссионерской конференции в Эдинбурге. XIX век стал знаменательным веком всемирного миссионерства, и в свете этого многие миссионерские общества объединяли усилия для достижения своих целей. Миссионерские организации на родине объединяли свои ресурсы, и в то же самое время представительства миссий на местах также действовали совместно. Именно для поддержки деятельности миссионеров и появилась идея создания всемирной организации.

Англоязычные миссионеры провели свой съезд в Лондоне в 1878 и 1888 годах, но более успешным было собрание миссионеров в Нью-Йорке в 1900 году. Кроме того, Студенческое добровольческое движение под руководством Джона Р.Мотта (1865-1955) также приняло участие в деле религиозного объединения. Первоначально Мотт участвовал в работе Христианской ассоциации молодежи, а в 1891 году он собрал представителей студенчества для обсуждения вопросов создания их международного христианского товарищества, в результате чего в 1895 году была образована Всемирная студенческая христианская федерация. Английской разновидностью этой организации стало Студенческое христианское движение. Представители всех этих организаций предварительно встречались в Эдинбурге.

Всемирная миссионерская конференция представляла собой съезд делегатов, поэтому этот форум имел право действовать от лица присутствовавших на нем различных миссионерских обществ. Конференция была совещательным органом, в ее задачи входила выработка политики миссионерства на ближайшие несколько лет. И хотя она не обладала законодательной властью, предложения по политике миссионерства, принятые на ней, имели значительный вес. Конференция отличалась широким спектром присутствующих на ней религий: от англикан и континентальных протестантов до англо-американских евангелистов. Сформированный на конференции исполнительный комитет возглавил Джон Мотт; члены этого комитета следили за выполнением многих решений, а также начали издавать научный журнал широкого спектра — International Review of Missions (Международный журнал миссий), который призван был помочь в научных дискуссиях по вопросам миссионерства и, в частности, его реального проявления. В работе эдинбургской конференции приняло участие более 1200 делегатов от 160 миссионерских организаций и обществ.

Исполнительный комитет сформировал в 1921 году Международный миссионерский совет, который должен был содействовать миссионерским исследованиям, помогать в координации миссионерской деятельности, обеспечивать проведение совместных акций, публиковать журнал и созывать по мере необходимости внеочередные международные миссионерские конференции. Непосредственно под руководством Совета было осуществлено несколько совместных миссий: в Китай (1922), Индию и Японию (1923), Конго (1924) и в 1929 году организован Ближневосточный совет. Снова председателем Совета был избран Мотт. Совет созывался несколько раз в течение последующих нескольких десятилетий.

В период времени между Эдинбургской конференцией и образованием Совета в 1921 году произошло событие, которое все пережившие его назвали “Великой войной”. Нельзя умалить значение Первой мировой войны. Видя как народы христианской Европы уничтожают друг друга в жесткой четырехлетней войне, третий мир начал проявлять серьезные сомнения в ценности христианского учения. К этому времени завершился период мощного распространения миссионерства, так как у европейских народов не хватало уже больше жизнеспособности, религиозной преданности и энтузиазма для миссионерской деятельности.

Кроме того, полностью изменился религиозный климат, ибо все поняли: либерализм предвоенных лет не сумел предоставить народам мира выхода из ситуации морального и духовного банкротства, которое проявилось в войну. Либерализм полностью потерял доверие людей, особенно после того как Барт и Бруннер ввели неоортодоксию в разрушенную и опустошенную войной Европу. Неоортодоксия предусматривала возврат к более традиционным теологическим основам, но и ей не удалось завоевать дух и мораль европейцев. Наоборот, 20-е и 30-е годы стали свидетелями возрождения милитаризма в Европе в лице фашистов в Италии, нацистов в Германии и коммунистов в России, которые представляли несомненную угрозу европейской стабильности.

Победа большевиков в России явилась сигналом социалистам в других странах для начала активной борьбы за власть, что превратило 20-е годы в десятилетие непрерывных политических волнений. В большинстве европейских стран умеренные средние классы общества, порвав с левыми силами, сделали поворот вправо, народы этих стран чувствовали необходимость создать препятствие на пути коммунизма. В Италии Бенито Муссолини (1883-1945) со своими фашиствующими чернорубашечниками использовал благоприятную ситуацию и в 1922 году законным путем пришел к власти, сформировав новое правительство, которое он сам и возглавил. Новый римский папа Пий XI (1922-1939), вернувшийся незадолго до этого из Польши, где он лично видел, как Красная Армия хищнически грабила церкви и попирала права гражданских лиц, уверенно поддержал новое милитаристское правительство Муссолини. В результате серии соглашений между Муссолини и Ватиканом был заключен Латеранский пакт 1929 года, в котором папство признавало потерю своих владений, которые вошли в состав новой Италии еще в 1870 году1. Однако папско-итальянские отношения не были абсолютно безоблачными. Муссолини строго контролировал деятельность Католического действия, организаций католиков-мирян, занятых внецерковной религиозной жизнью. Муссолини видел в католическом действии угрозу вмешательства в государственный контроль над образованием и воспитанием молодежи. Официальные протесты Пия против вводимых фашистами ограничений не оказали никакого действия на проводимую правительством политику. Однако Пий публично одобрил победу итальянцев в войне с Эфиопией в 1935 году, которую он назвал “вкладом в дело мира на земле", даже несмотря на осуждение этой войны Лигой Наций, признавшей ее незаконной.

Похожие процессы происходили в Португалии и Испании. В 1926 году Португалия пережила военный переворот, в результате которого республиканцы потеряли свою власть. Еще в 1911 году республиканцы отделили церковь от государства, но в 1940 году военное правительство вернуло церкви конфискованную у нее собственность. Португалия стала штабом испанского военного переворота 1936 года. Борьбу против антиклерикальных республиканцев повел генерал Франциско Франко (1892-1975), ревностный католик. В 1937 году все испанские епископы, кроме двух, назвали военный путч “крестовым походом". В своей знаменитой энциклике 1931 года Пий XI подчеркнул пагубные последствия свободного предпринимательства и несовместимость социализма с католицизмом. Он так часто делал упор на “корпоративное государство", что фашисты явно почувствовали поддержку их действий с его стороны.

При нацистском режиме в Германии христианству не жилось так же хорошо, как при жестоких диктаторских режимах в Италии, Португалии и Испании. В 1933 году к власти в Германии пришел Гитлер (1889-1945), и в том же году он подписал с папой конкордат, аналогичный подписанному чуть ранее с итальянским диктатором Муссолини2. В тот же год была распущена Католическая центральная партия, и в следующем году нацисты начали наступление на католические рабочие организации и газеты. В 1935 году немецкое правительство попыталось ввести в католических учебных заведениях теорию нацизма как обязательный предмет для изучения. Фашисты обвинили монастыри в том, что они являются центрами контрабанды и гомосексуализма. В 1937 году папа Пий в своей энциклике “Mit brennender Sorge“ (с особым беспокойством) осудил новые учения о происхождении человеческих рас, выступил с протестом против вмешательства нацистов в дела церкви и семьи, осудил нарушения конкордата со стороны нацистов и назвал нацизм нехристианским в своей основе3. К 1939 году папа Пий XI растерял все свои иллюзии в отношении политического сдвига вправо, в этом состоянии он и ушел из жизни. Его преемник, папа Пий XII (1939-1959) попытался с большей настойчивостью переориентировать политику в сторону либеральной демократии.

Протестанты в Германии находились не в лучшем положении. Еще в 1932 году Гитлер увидел в протестантской церкви угрозу и в пику ей учредил свою организацию “Немецкие христиане", которая была более лояльна по отношению к нацистам, чем к христианам4. Пользуясь присутствием в правительстве новых нацистских кадров, Немецкие христиане в 1934 году провели своего кандидата на должность главы Федерации немецких евангелических церквей, им стал Людвиг Мюллер (1883-1946). Мюллер начал свое пребывание в новой должности с требования изгнать из церкви всех пастырей еврейской национальности и тех, кто был в оппозиции к нацистскому режиму. Из Писания были исключены все слова типа “Аминь“ и “Аллилуия“, ибо они были еврейского происхождения. Более того, был полностью переписан Новый Завет, в котором теперь доказывалось непосредственное происхождение немцев от Иисуса.

Но в Германии уже зарождалось движение сопротивления, во главе которого стояли некоторые влиятельные городские пасторы, в том числе и Мартин Нимоллер (1892-) из Берлина. В 1934 году они сформировали Конфессиональную церковь5, а с 1937 года и до конца войны Нимоллер был заключен в концлагерь. Одно время от 7.000 до 15.000 немецких пасторов считались сторонниками Конфессиональной церкви, среди них были Карл Барт и Дитрих Бонхёффер (1906-1945). С началом войны репрессии на церковь только усилились. Примерно 85% конфессиональных пасторов были призваны в армию.

За период с 1918 по 1945 год проявляется следующая общая картина. Католическая церковь первоначально поддержала фашистские режимы из-за стремления последних к порядку и закону в противостоянии коммунистическому миру. По той же причине большая часть протестантов выступила против фашистов. Но под давлением ситуации 30-х годов католики изменили свою позицию, и, естественно, ко времени окончания войны во взглядах католической церкви произошли самые радикальные изменения. Вообще говоря, христианство вышло из войны с обновленным религиозным чувством, хотя его силы за время испытаний были заметно подорваны. Но, поскольку церкви хранили молчание во времена кризиса и, более того, даже пользовались вначале поддержкой правящих сил, многие люди потеряли доверие к религии, что вызвало новую волну секуляризации во всей Европе.

Между тем не утихала экуменическая деятельность. Шведский примас и архиепископ Упсальский Натан Содерблом (1866-1931), мысли и дела которого были направлены на использование христианских принципов и веры для решения социальных и международных проблем, собрал в Стокгольме своих единомышленников. Когда стало ясно, что эти вопросы потребуют обсуждения и в дальнейшем, на этой конференции было решено организовать Всемирный христианский совет жизни и труда. Второе расширенное собрание состоялось в Оксфорде в 1937 году.

Параллельно этому, возникло и другое значительное направление в христианстве. Епископ англиканской церкви Чарльз Генри Брент (1862-1929) был убежден, что принятое в Эдинбурге решение обойтись без выработки теоретического подхода и решения проблемы государства было нереалистичным и обреченным на неудачу. Он понимал: единство церкви возможно, но для этого необходимо направить в нужное русло теоретические дискуссии. Брент возглавил подготовку Всемирной конференции за веру и порядок, первое заседание которой произошло в 1927 году в Лозанне. Второе заседание состоялось в 1937 году в Оксфорде.

В 1938 году эти две организации — “Вера и порядок“ и “Жизнь и труд“ — собрались в Утрехте для выработки совместной конституции Всемирного совета церквей. Вторая мировая война нарушила их планы, но это собрание все равно состоялось в 1948 году в Амстердаме; на нем присутствовал 351 делегат от 147 церковных организаций из 44 стран. Несмотря на то, что такие крупные церкви как южные баптисты, миссурийские синодальные лютеране, римские католики и русские православные отказались присутствовать на этом собрании, его можно считать самым большим и наиболее представительным из всех имевших место. В конституции давалась формулировка новой организации: “Содружество церквей, которые принимают Господа Иисуса Христа как Бога и Спасителя“6. Новый Всемирный совет взял на себя задачи, поставленные организациями “Жизнь и труд“ и “Вера и порядок", и продолжил изучение результатов миссионерской деятельности, а также способствовал росту экуменического сознания.

Внеочередные собрания Всемирного совета церквей с самого начала проходили нерегулярно, к их числу относится и собрание в Нью-Дели в 1961 году, на котором к движению присоединилось русское православие. На этом же собрании во Всемирный совет влился и Международный миссионерский совет, кроме того, на нем присутствовали официальные представители римской католической церкви.

Одним из главных опасений, вызываемых Всемирным советом у многих евангелистов, было то, что эта организация пыталась создать всемирную церковь, управляющую всеми подчиненными ей церковными органами. На самом деле немногие из руководства совета действительно стремятся к этому, да и к тому же они находятся в явном меньшинстве. Еще при создании Всемирного совета особый упор делался на “содружество церквей", а вовсе не на отдельную “церковь". Целью Всемирного совета было предоставить возможность для дискуссий, в том числе и по теологическим вопросам. Большинство членов совета рассматривает эту организацию как структуру для обеспечения совместных действий, но не как инструмент для достижения экуменического объединения. И хотя большинство христиан одобряют официально провозглашенные цели Совета, основная масса протестантов во всем мире не связывает с ним особых надежд. В недавнем прошлом совет попал под влияние сторонников радикальных социальных реформ, которые рассматривают церковную федерацию в качестве удобного инструмента для ускорения политических изменений в странах третьего мира. Стало правилом сурово осуждать страны западной демократии за их молчание в отношении событий в коммунистическом мире. В результате этого многие евангелисты пришли к выводу, что Всемирный совет — прокоммунистическая организация, поставившая своей целью способствовать ослаблению христианской веры на Западе и в конечном итоге победе коммунистического движения во всем мире. Возможно, что все эти страхи были преувеличены, однако теоретический подход и принятые на заседаниях Всемирного совета решения настолько тесно переплетаются, что это дает евангелистам повод для сомнений относительно его будущего.

Одновременно с существованием экуменических организаций на международном уровне подобные структуры создавались и в Америке. Мы уже упоминали некоторые группы, которые вышли из протестантского согласия в конце XIX. века: Американский союз воскресных школ, Евангелический союз, Американский конгресс церквей, созданный в Нью-Хавене, штат Коннектикут, в 1885 году. Целью конгресса стало “обеспечение христианского единства и приближение Царства Божьего путем свободного обсуждения крупнейших религиозных, моральных и социальных вопросов времени“. Вскоре эта организация прекратила свое существование, но ее деятельность наглядно продемонстрировала характер грядущих событий. В 1895 году некоторая часть американского духовенства создала Федерацию церквей и христианских деятелей города Нью-Йорка.

Эта общегородская организация рассматривала возможности проведения каких-либо акций на национальном уровне. К 1902 году ее генеральный секретарь Элиас Б.Сэнфорд (1843-1932) потребовал созвать национальную федерацию церквей, официальных представителей различных вероисповеданий. В 1905 году была проведена специальная сессия, посвященная планированию новой организации, а в результате в 1908 году был создан Федеральный совет церквей Христа в Америке. 30 церквей стали членами-основателями этой организации, среди них были и баптисты.

Следом за Федеральным советом в стране возникли дополнительные межцерковные образования — бюро по зарубежным миссиям, внутренним миссиям, религиозному обучению, экономическому управлению и трудоустройству женщин. Такой разброс направлений деятельности привел к дублированию усилий, поэтому в 1950 году все эти организации объединились в Национальный совет церквей. В этот объединенный орган вошли 29 американских церквей; Совет стал выдающимся образцом объединенного американского протестантизма.

Однако большая часть всех этих организаций была заражена теологическим либерализмом. Фундаменталистские и консервативно-евангелические церкви высказались против монополии Федерального совета, который, по их мнению, выступал от лица американских церквей. И когда американское правительство предложило Федеральному совету самостоятельно распоряжаться эфирным временем, отведенным на все религиозные передачи, консервативные церкви почувствовали приближение катастрофы. Настаивая на том, что Федеральный совет не должен выступать от имени всех американских церквей, фундаменталистские церкви организовали в 1941 году под руководством Карла Мак-Интайра (1906-) Американский совет церквей. Они потребовали, чтобы все члены этого совета решительным образом отмежевались от либерализма Федерального совета и всех вошедших в него церквей. Другие консерваторы, не желавшие прослыть сепаратистами, в 1942 году образовали Национальную ассоциацию евангелистов. В течение некоторого времени издателем их центральной газеты United Evangelical Action (Совместное евангелическое действие) являлся Джеймс Де Форест Мерч (1893-1973). Еще одним изданием, которое способствовало появлению евангелических группировок, был основанный в 1956 году Карлом Ф.Х.Генри (1913) журнал Christianity Today (Христианство сегодня).

Американские консерваторы по-прежнему продолжали бойкотировать деятельность Национального совета церквей и по тем же причинам Всемирного совета. Национальный совет является членом Всемирного совета, и он также придерживается либерального подхода к политическим, социальным и экономическим проблемам. Национальный совет одобрил марши за гражданские права, выплаты темнокожему населению Америки компенсации за несправедливое с ним обращение и политические акции против правительства. Справедливо или нет, но многие евангелисты видят в лице Национального совета прокоммунистическую организацию, угрозу американской системе и протестантскому единству.

Дальнейшее развитие экуменизма в Америке происходило в направлении объединения церквей. XX век стал свидетелем образования нескольких “внутрисемейных союзов" в среде американского протестантизма. Лютеранские организации из 24 отдельных церквей сформировали три крупных и несколько мелких объединений. Методисты пережили трехступенчатое воссоединение. Также по пути объединения пошли и несколько пресвитерианских общин.

В 1960 году блэйк-пайкское предложение открыло более приемлемый путь для экуменического объединения: шестисторонний союз пресвитериан, методистов, евангельского братства, англиканской церкви, мормонов и баптистов. Этот Совет- христианского единства [или объединяющая церковь Христова (Church of Christ Uniting)] не добился никаких результатов, если не считать того, что образовалось объединение методистов с евангелическим братством, и мормоны с баптистами вновь вернулись к обсуждению возможного союза.

Более консервативные американские протестанты с подозрением отнеслись к этим многочисленным событиям в религиозной жизни — слишком часто межцерковные объединения попадали под влияние различных политических и официальных религиозных сил. В дальнейшем на различных ступенях сотрудничества американских церквей проявились напряженные отношения между либералами и консерваторами, то есть между национальным советом с одной стороны и Американским советом церквей и национальной ассоциацией евангелистов с другой. За экуменизм необходимо было платить, а большинство консервативных церквей не хотело отказываться от своей приверженности библейским правилам.

Как мы уже говорили, римские католики послали своих наблюдателей на собрание Всемирного совета церквей в 1961 году в Нью-Дели. Естественно, со времен Второй мировой войны католицизм пережил существенные изменения. Папа Пий XII постепенно стал отдавать должное западной демократии, хотя непосредственно в католической церкви радикальных изменений было немного. После его смерти к власти в Ватикане пришел папа Иоанн XXIII (1958-1963), который и занялся проведением многочисленных и существенных реформ. Он мечтал модернизировать католическую церковь, и не прошло и трех месяцев после его избрания, как был уже готов план созыва нового вселенского собора. Со времени провозглашения Первым Ватиканским собором непогрешимости папы многие считали, что вселенские соборы никогда уже не будут созваны; более того, многие консервативные католические члены совета в Ватикане боялись созыва собора, так как они видели в нем дополнительные неприятности для папы. Но Иоанн не изменил своего мнения, и на исходе 1962 года Второй Ватиканский собор с чувством исполняемого долга начал свою работу.

Послав наблюдателей в Нью-Дели, Иоанн XXIII в свою очередь пригласил в Рим протестантских наблюдателей. Хотя последние не имели права голоса и вообще не могли принимать участие в голосовании, было значительным само их присутствие на соборе. Во время дебатов по одному из вопросов один из кардиналов посмотрел на балкон, где сидели протестанты, и обратился к “нашим отделенным братьям", что было далеким эхом слов, произнесенных на соборе в Тренте. Часто к протестантским наблюдателям обращались с просьбой откровенно прокомментировать некоторые решения собора, особенно когда дело касалось экуменических вопросов. Многочисленные изменения в формулировках и общем тоне принятых документов появились благодаря этому некатолическому участию.

В апреле 1963 года папа Иоанн составил энциклику “Pacem in Terris", в которой призывал к миру на земле и оставлял за каждым человеком право верить в соответствии с требованиями его совести. В 1964 году появился новый документ — “De Oecumenismo", в нем собор подчеркивал, что в свое время в христианском обществе произошел раскол, в результате которого многие люди были отделены от преемника Петра, но такие люди все равно считаются католической церковью братьями и признаются христианами. Они образуют общность вероучения с католической церковью, хотя эта общность и несовершенна, а они испытывают потребность в единстве, определенном Христом для Его последователей — единстве, которое может быть достигнуто только после их окончательного возвращения под крыло папы римского8.

После смерти в 1963 году папы Иоанна многих людей волновала дальнейшая судьба собора, который в то время все еще продолжал свою работу. Но эти волнения оказались напрасны: новый папа Павел VI (1963-1978) без всякого перерыва продолжил работу собора. Вскоре после избрания на ватиканский престол кто-то спросил его, какова цель его понтификата. Павел подошел к окну, открыл его и ответил: “Впустить немного свежего воздуха“. Павел продолжал следовать новому направлению, выбранному Иоанном, из-за чего католичество начало вызывать определенное беспокойство в некоторых кругах. Часть католиков видела в современных реформах отход от некоторых ценностей прошлого, в том числе и от требования проведения церковных служб на латыни. Другие же католики стремились к более полной и быстрой модернизации католичества, сюда, в частности, относились разрешения духовенству вступать в брак и использования искусственных средств регулирования рождаемости. Но по этим вопросам Ватикан по-прежнему придерживается старой линии поведения, что еще раз подчеркнул папа Павел в своей энциклике 1968 года “Humanae Vitae“. В этом послании применение противозачаточных средств приравнивается к аборту и стерилизации, и все это вместе однозначно осуждалось.

Однако католицизм радикально изменился за последние 50 лет. В 1964 году Павел совершил путешествие в Святую Землю, где дважды встречался с патриархом Константинопольским. Он стал первым римским папой, который более чем за 500 прошедших лет имел беседы с православным патриархом. В 1965 году папа и патриарх приняли совместное решение об отмене отлучений от церкви 1054 года. В 1966 году папа Павел встретился с архиепископом Кентерберийским, предыдущая подобная встреча произошла еще во времена правления Генриха VIII. В 1969 году Павел упразднил “Индекс запрещенных книг“, результат протестантской Реформации. В 1974 году папа создал комиссии для общения с представителями иудаизма и мусульманства. Тем самым Павел продолжил начатую Иоанном экуменическую деятельность, кроме того, он, без сомнения, во многом модернизировал католическую церковь. Он даже стремился к установлению дипломатических отношений между Ватиканом и коммунистическими странами Восточной Европы. О том, что изменения в католицизме будут продолжаться и в будущем, могло свидетельствовать избрание в 1978 году папы Иоанна Павла II — первого папы-неитальянца с 1523 года.

К сожалению, большая часть мира не охвачена христианством. Поскольку население нашей планеты постоянно увеличивается, число христиан по отношению к общему числу жителей все более и более уменьшается. И в Америке, и в Европе все большее число людей не отводит христианству место в своей жизни. На обоих континентах народы разных стран все больше увлекаются культами и новыми разновидностями восточных религий. Во многих свободных европейских странах церковь по воскресным дням посещают менее 10% всего населения.

Церковь, утвержденная Христом в день Пятидесятницы, продолжает жить и в наши дни; эта церковь имеет удивительную историю. Однако сегодня на ее место в современном мире смотрят по-разному. Некоторые историки и интеллектуалы считают, что мы сейчас живем в “постхристианском“ мире. И это несмотря на то, что вера миллионов евангелических христиан является живой историей Церкви. Мы верим: Церковь, основанная Богом, будет и дальше существовать на земле до момента, когда Христос вернется на нее, чтобы получить то, что Ему принадлежит. Искренне верующие христиане остаются такими даже в нашем современном мире с его гедонизмом, гуманизмом и все более мирской жизнью. В наши дни истинные христиане продолжают распространять Евангелие, как это делали и предшественники 19 веков назад. Мы все часть Великого Тела Христова, и мы уверены: Бог выполнит Свое намерение в продолжение человеческой истории. И наша задача — хранить веру при нашем служении Ему, осознавая необходимость Его милости для сокрытия наших неудач, но при этом быть решительными, реализуя надлежащим образом благоприятные возможности, которые Он обеспечил нашему поколению.

 

ЛИТЕРАТУРА К ГЛАВЕ 26

 

1. Detzler, Wayne A, The Changing Church in Europe. Grand Rapids: Zondervan Publishing House, 1979.

Автор анализирует положение церкви в современной Европе, давая пояснения по основным деноминациям и странам.

2. Hopkins, С.Howard. John R.Mott, 1865-1955: A Biography. Grand Rapids: William B. Eerdmans Publishing Company, 1979.

Мотт был одним из выдающихся представителей экуменического движения первой половины XX века; исчерпывающая биография удачно отражает эту сторону его жизни.

3. Rouse, Ruth; Neill, S.С.; and Fey, Harold E. (eds.). A History of the Ecumenical Movement. 2 vols. Philadelphia: Westminster Press, 1954, 1970.

Классический, образцовый труд по экуменическому движению. Том I: 1517-1948 годы рассматриваются в форме исторических эссе. Том II: 1948-1968 годы рассматриваются в форме тематических занятий по экуменической деятельности.

 

ВОПРОСЫ И ЗАДАНИЯ К ГЛАВЕ 26

 

1. Подготовьте краткий список основных событий в международной экуменической деятельности с 1910 года. Какие из них особенно выделяются в этом списке? Что, по-вашему, может случиться в следующие 50 лет развития экуменизма?

2. Какое влияние оказали Первая и Вторая мировые войны на европейские церкви? Что, по-вашему, потребуется для нового оживления европейского христианства? Чем, по-вашему, является экуменическое движение: причиной духовного упадка христианства или возможностью для его оживления?

3. Подготовьте краткое изложение истории католицизма в Европе с 1900 года. Как, по-вашему, соглашения между церковью и государством укрепили католическую церковь или, наоборот, подорвали ее силу?

4. Подготовьте обзор на тему: “Как церковь попала в зависимость от тоталитарных правительств в Европе за последние 50 лет. Какие характерные примеры можно выделить? Какие из этого можно извлечь уроки на будущее?

5. Исходя из последних событий, как вы полагаете, насколько активны будут в экуменическом движении римские католики? Какие это даст результаты?

 

ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ 26

 

1. Лютеранский папа приведен в Barry, III.

2. Текст конкордата с Германией приведен в Barry, III.

3. Энциклика "Mit brennender Sorge” опубликована в Barry, III.

4. "Платформа немецких христиан" приведена в Manschreck.

5. Барменская декларация, учреждающая Конфессиональную церковь, приведена в Manschreck.

6. Конституция Всемирного совета церквей, принятая в 1948 году, приведена в Manschreck.

7. Мерч также изложил полуофициальную историю Национальной ассоциации евангелистов в Cooperation Without Compromise.

8. Этот важный документ приведен в Barry, III.



* JEPD — аббревиатура, обозначающая 4 источника Пятикнижия: J — Яхвист (J от немецкой транслитерации имени бога Яхве); Е — Элогист (Е от немецкой транслитерации имени бога Элогима); Р — Священническая история (Р — от англ. priest священник); D — Второзаконие (D — от лат. Deuteronomum или англ. Deuteronom). — Прим. ред.

Последнее изменение: вторник, 17 декабря 2019, 09:20